Фатальные родители

Мозырская трагедия не укладывается в голове. Была семья, не лучше и не хуже многих. Кирилл — 38 лет. Анастасия — 36. Занимались бизнесом. У них было трое детей: Владимир — 18 лет, Владислав — 17, Кира — 9. В прошлом году построили новую квартиру. Однако отношения у папы и мамы не ладились. Еще летом они формально расстались, хотя и не развелись. Анастасия ушла жить к другому. Кирилл не мог ее забыть и простить. Дети пока жили, как им было удобней. Старший Владимир переселился к маме. Владислав и Анастасия остались на новой квартире с отцом.


Были выходные, Вова и Кира находились у бабушки в микрорайоне Заречном. В воскресенье в шесть вечера за ними приехал отец на такси. Об этом моменте 74-летняя бабушка Любовь Козачек (мать Кирилла) вспоминает с горечью в голосе:

— Собрала их в дорогу. Сердце болело, не хотела отпускать, тогда еще не знала почему (плачет). Перекрестила на дорогу… Зачем он убил их? Сынок, что ты наделал…

Что было дальше, сейчас досконально выясняют следователи. Из предварительной информации вырисовывается сценарий вечера убийств. Изрядно выпивший Кирилл высадил Вову из такси возле квартиры матери. Анастасии брошенный муж пообещал, что он преподнесет ей такой “подарок”, что она поймет: зря испортила ему жизнь.

Потом привез Киру домой, усадил за уроки.

Возможно, дома Кирилл еще добавил спиртного, а потом начал реализовывать свой жуткий план. Влад играл на компьютере. Папа подошел сзади, ударил школьника молотком по голове, а потом задушил. С Кирой расправился прямо над тетрадками с домашним заданием. Девятилетняя девочка почти не сопротивлялась.

Задушил дочку и позвонил в милицию. Сообщил о двойном убийстве. Потом поехал к жене — “обрадовал”. Пока Анастасия соображала, правду ли говорит бывший возлюбленный, Кирилл вышел на балкон четвертого этажа. Решил покончить жизнь самоубийством. Но финальный прыжок не удался, детоубийцу карета скорой помощи доставила в реанимацию городской больницы. Там он с многочисленными переломами, под охраной милиции ждет суда и отвечает на вопросы следователей. В отношении него возбуждено уголовное дело по факту убийства двоих детей. Наказание — вплоть до смертной казни.

Преступление в Мозыре заставило внимательнее взглянуть на статистику детоубийств последних лет. В августе 2012 года из окна квартиры на девятом этаже в Минске выбросилась 32-летняя мать с двумя детьми — 7 и 2 лет. Все разбились насмерть. По версии следствия, причиной трагедии могла стать послеродовая депрессия. Спустя год в Могилеве отец, находясь в состоянии алкогольного опьянения, до смерти забил четырехмесячного сына за громкий плач. В Бресте 28-летняя женщина скрывала беременность и родила дома девочку. Затем задушила ее, труп спрятала в ванной. К тому времени у нее уже был малолетний сын. По словам убийцы, боялась из-за декретного отпуска потерять работу и общежитие. В 2014 году 29-летний житель Гомеля изрезал рыбацким ножом двухлетнего сына. Нанес ему 42 удара в грудную клетку, голову, шею. Убивал в пьяном угаре, уверял, что “оборонялся от чертей”.

2015 год. В Гомеле родители оставили умирать трехмесячную Снежану голодной смертью. Малышку заперли в малосемейке. Ее мумифицированное тело милиция нашла только через полгода.

34-летняя минчанка выбросила с 12-го этажа трехлетнего младенца. Якобы решила покончить жизнь самоубийством вместе с ребенком, но потом передумала, начала с него. Причины — проблемы в семье и долги. Была сильно пьяна.

25-летняя гомельчанка утопила в ванной двоих своих малышей:

2-летнего сына Савелия и 11-месячную дочь Ангелину. Сама детоубийца сирота. На суде призналась: испугалась, что детей могут забрать органы опеки.

Кстати, никто из этих детоубийц не был приговорен к смертной казни. Максимальное наказание 25 лет тюрьмы. Наверное, были смягчающие обстоятельства: депрессия, проблемы с деньгами, сложные любовные отношения? Но у кого нет таких проблем? Живут же люди, не топят детей, как котят, не душат любимых дочек, не режут ножами плачущих младенцев.

Почему родители убивают своих детей, я решил разобраться вместе с профессиональным психологом — заместителем декана факультета психологии и педагогики Гомельского государственного университета имени Ф. Скорины Людмилой Городецкой. Она уверена, любые объяснения приведут нас к людям, которые сами разрушили свою личность:

— Поведение детоубийцы лежит уже за пределами работы психолога. Это психиатрия. Большинство из них признают на суде вменяемыми, но по общественным меркам они ненормальные.

Иногда эти страшные преступления происходят в период послеродовой депрессии. Когда рождение ребенка заставляет женщину брать на себя огромную “неизвестную” ответственность.

Она отождествляет себя со своими родителями, в период материнства происходит реактивация конфликтов и травм, недостаточно проработанных в детстве и отрочестве.

Вообще, почти все глубинные проблемы сознания — из детства. Боязнь повторить ошибки родителей. Эти страхи могут становиться спусковыми механизмами в критических ситуациях. Результат может быть самый ужасный. Плюс алкоголь. Он отключает сознание, разрушает личность человека. Те, кто называет его антидепрессантом, должны взглянуть на статистику преступлений.

Действительно, около 90 процентов преступлений в стране совершают люди в состоянии алкогольного опьянения. Почти все убийства происходят в пьяном угаре. В пяти из восьми историй об убийстве детей их родители были изрядно выпившими.

О том, почему пьяные склонны к насилию, рассказал заместитель главного врача Гомельского областного наркологического диспансера Дмитрий Терещенко:

— Я отметил бы, многие люди даже не осознают, что являются алкоголезависимыми: выпить граммов 200 коньяка или водки перед сном — снять стресс, разве это алкоголизм? Потом доза увеличивается, появляется психологическая и физическая зависимость. Развивается алкоголизм, крайнее проявление которого — алкогольные психозы, когда нарушается нормальное функционирование мозга и человек становится опасным как для себя, так и для окружающих. Неприятным сочетанием с алкоголизмом выступают различные расстройства личности, когда прием алкоголя сопровождается несоответствующей ситуации раздражительностью, агрессией к окружающим, стиранием моральных и социальных устоев. Вроде бы человек не забулдыга, но его реакция на алкоголь уже опасна для окружающих. Жертвами драк и убийств становятся соседи, собутыльники, родственники. Пьяному папе малыш мешал своим криком. Он пришел его наказать. В итоге забил ребенка до смерти. Конечно, не хотел убивать. Но в пьяном мозгу стерты грани оценки ситуации. Отключены запреты. У некоторых людей существует парадоксальная реакция на алкоголь, называемая патологическим опьянением, когда мизерная вроде бы доза алкоголя приводит к развитию психоза, люди теряют самоконтроль и, как говорится, человеческий облик.

Мне довелось побывать на похоронах Влада и Киры в Мозыре. Дети (школьные товарищи) несли в гробах детей. Кресты стояли у стены. Слезы. Слезы. Слезы.

Их отпевали в церкви Святого Георгия Победоносца на кургане. Пришли десятки людей. Все молчали. О чем говорить? Горе. Только голос священника наполнял своды храма. В конце панихиды протоиерей Валерий Пивоваров призвал не думать о мщении:

— Забывать об этом нельзя. Но надо научиться заменять в сердце ненависть любовью. Если мы будем любить, значит, будем больше заботиться друг о друге. Будем прощать друг другу. Чем больше любви, тем меньше злобы. Эти убиенные дети — ангелы. И, чтобы почтить их память, мы должны задуматься о своей жизни. И научиться любить по-настоящему.

Автор публикации:
Станислав ГАЛКОВСКИЙ

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.